Книги научно-популярные
ЗООЛОГИЯ И МОЯ ЖИЗНЬ В НЕЙ. ГЛАВА 9 (С РИСУНКАМИ).
Как была написана книга "Бегство от одиночества" .
ЗООЛОГИЯ И МОЯ ЖИЗНЬ В НЕЙ.  ГЛАВА 8. НЕНАПИСАННЫЕ ГЛАВЫ: ПОНЯТИЕ "ВИД" В БИОЛОГИИ И "БЛИЗКИЕ ВИДЫ".
В предыдущей главе я рассказал о тех результатах, которые мне следовало бы рассмотреть в книге «Поведение животных и этологическая структура популяций», если бы я писал ее сегодня, и о некоторых забавных приключениях во время этих изысканий. Здесь я хочу таким же образом дополнить содержание другой моей монографии, «Гибридизация и этологическая изоляция у птиц», о создании которой речь шла в главе 6.
  ЗООЛОГИЯ И МОЯ ЖИЗНЬ В НЕЙ. ГЛАВА 7. Ненаписанные главы: еще о разнообразии социальных систем в мире животных

  Следует сказать, что не все, с чем я столкнулся за период моей профессиональной деятельности (длиной около 20 лет), могло уместиться в полносью в две уже написанные книги, учитывая, в частности, ограничения на объем публикаций, существовавшие в те годы (см. заключительный раздел главы 4: «Как книгу издавали»). Некоторые важные сведения приходилось упоминать одной-двумя фразами. Позже я восполнил этот ущерб, опубликовав их в отдельных статьях. Но здесь мне хотелось бы остановиться на них подробнее, ибо в противном случае история моих зоологических изысканий была бы существенно неполной. Поэтому то, о чем речь пойдет в этой главе и в следующей, должно было войти в книги , если бы я писал их сегодня.

ЗООЛОГИЯ И МОЯ ЖИЗНЬ В НЕЙ. ГЛАВА 2. МЕХАНИЗМЫ КОММУНИКАЦИИ У ПТИЦ.  
Вторая глава посвящена истории создания книги с одноименным названием. 
ЗООЛОГИЯ И МОЯ ЖИЗНЬ В НЕЙ. ГЛАВА 1.  ПТИЦЫ ЮЖНОГО ПРИМОРЬЯ.
Первая глава воспоминаний посвящена обучению на кафедре зоологии позвоночных биофака МГУ и работе в заповеднике "Кедровая падь" по окончании университета. Итогом этой работы явилось написание монографии "Птицы Южного Приморья".
ВВЕДЕНИЕ К КНИГЕ ВОСПОМИНАНИЙ "ЗООЛОГИЯ И МОЯ ЖИЗНЬ В НЕЙ".
 Книга задумана как рассказ об экспедициях, научных наблюдениях и их осмыслении, житейских событиях - обо всех перипетиях судьбы полевого зоолога, приводивших в результате  к написанию научных книг. Каждая из глав будет посвящена истории создания одной книги, повествование выстроено в хронологическом порядке. Всего задумано 12 глав и еще немного о том, что "никуда не влезает". Во введении сформулированы взгляды автора на современнную трансформацию научно-популярного жанра и его  соображения о том, какой, в этой связи, должна быть его собственная книга воспоминаний.
 
ПРЕДИСЛОВИЕ К КНИГЕ: А. ВЕННЕР, П. УЭЛЛС. АНАТОМИЯ НАУЧНОГО ПРОТИВОСТОЯНИЯ. ЕСТЬ ЛИ "ЯЗЫК У ПЧЕЛ"?/Пер. с англ. и науч. редактирование Е.Н. Панова - М.: Языки славянских культур, 2011.-488 с. (разумное поведение и язык. Language and Reasoning).
Книга посвящена анализу явлений, которые оказалась центральным пунктом  наиболее непримиримых  противоречий в истории биологии   XX столетия. Полемика развернулась вокруг так называемых «танцев пчел». Согласно одной  точке зрения, они выполняют функцию «языка», посредством которого пчела, осведомленная о местонахождении источника пищи, информирует о  нем прочих членов общины.  Другая гипотеза основана на представлениях о значении запаха, как ведущего стимула в поведении пчел-сборщиц нектара.  В 1950-х, 1960-х и 1970-х годах вопрос многократно обсуждался с участием ряда выдающихся биологов.
На примере противостояния вокруг вопроса, выполняет ли  танец пчел «языковую функцию»,  рассматриваются внутренние пружины научного прогресса и социально-психологических факторов, тормозящих его. Таким тормозом наиболее часто оказывается  приверженность ученых господствующей парадигме (термин философа и историка науки Т.Куна), что принципиальным образом ограничивает их поле зрения и препятствует восприятию более адекватных объяснений внешней реальности.  Книга знакомит читателя  с базовыми сведениями о философии и методологии науки. Она является  строгим документом по истории борьбы идей на протяжении более чем полувековой  истории биологии. Ее значение, как введения в методологию науки для молодых ученых-биологов трудно переоценить. Этот пласт знаний  раскрывает глубинную   суть  процесса научного поиска, о чем  начинающие исследователи оказываются поразительным образом неосведомленными, поскольку  не получают какого-либо специального обучения по этому предмету.
Авторы  пишут о том, как по мере  собственного экспериментирования с пчелами, перед ними  открывались новые и новые свидетельства, заставляющие повернуться от гипотезы Фриша к  «запаховой» модели. Проделанные ими эксперименты, постановка которых заняла более 20 лет, можно считать выдающимся образцом строгой проверки воззрений, подпадающих под определение устоявшегося «научного мифа».
 
«ЗНАКИ, СИМВОЛЫ, ЯЗЫКИ». ГЛАВА 12. В ПОИСКАХ НЕДОСТАЮЩЕГО ЗВЕНА. М.: Изд-во КМК, 2005.-496 с.
Впервые на русском языке на основании анализа первоисточников подробно разобран не только результат экспериментов с «говорящими обезьянами», но и сам процесс получения этого результата. Показано, что сигнализация, присущая шимпанзе как биологическому виду, не имеет, по сути дела, ничего общего с языковым поведением человека, основанным на использовании символов. В то же время, опыты с шимпанзе, которые воспитывались в обстановке городской квартиры, говорят о том, что эти обезьяны обладают некоторыми потенциями к символизации окружающего их мира и к использованию знаков-символов при общении со своими воспитателями. Анализ этих исследований приводит к заключению, что подобного рода успехи не приходят сами собой, но требуют значительных усилий со стороны ученых и определяются неординарным интеллектуальным вкладом человека-экспериментатора.

"ЗНАКИ,СИМВОЛЫ,ЯЗЫКИ". ГЛАВА 6: ТАИНСТВЕННЫЕ ТАНЦЫ.

Описано становление и развитие гипотез, объясняющих механизм мобилизации пчел на поиск источника пищи. "Лингвистическая" гипотеза Карла фон Фриша, постулировавшая  так называемый язык танцев пчел и удостоенная Нобелевской премии, несколько десятилетий назад была убедительно опровергнута группой американских ученых под руководством Адриана Веннера. Однако авторитет нобелевского лауреата и стереотипное мышление членов научного сообщества фактически блокировали развитие альтернативных исследований. И только сегодня, спустя почти сорок лет, «ольфакторная» гипотеза Адриана Веннера завоевывает все больше сторонников. Этот выдающийся эпизод в истории науки, полный драматизма и человеческих страстей, рассмотрен в дополненной и переработанной для нового издания главе книги.